Различия

Здесь показаны различия между двумя версиями данной страницы.

Ссылка на это сравнение

верхний_азяк [2017/04/20 15:33] (текущий)
administrator создано
Строка 1: Строка 1:
 +
 +
 +**Верхний Азяк**
 +
 +История дер. Верхний Азяк уходит в глубокую древность. Селение возникло в период Казанского ханства и по преданиям ​  ​было основано татарскими казаками,​ защищавшими засечные линии и торговый тракт Арской даруги. В пользу этого говорит ​ одна из интерпретаций названия деревни,​ связывающая ее  происхождение с тюркским ​ словом ​ «Азов». Возможно,​ первыми поселенцами ​ были татары-ногаи,​ пришедшие в Заказанье вместе с одним из казанских ханов из Приазовья. Другая точка зрения относительно этимологии слова «Азяк» принадлежит дореволюционному исследователю И.А. Износкову. По его мнению,​ название деревни происходит от татарского ​ «аз» – малый[1]. В дореволюционных русскоязычных документах Верхний Азяк упоминается также под названием Азяк-Яваш.
 +
 +После завоевания Иваном IV Грозным ​ Казанского ханства ​  ​и ​ началом ​ политики христианизации народов Среднего Поволжья жители деревни приняли ​ православие. По всей видимости,​ это произошло уже во второй половине XVI века и было ​ связано с миссионерской деятельностью первых руководителей Казанской епархии – святителей Гурия и Германа,​ а также карательными экспедициями русских войск в Заказанье, ​ в период «замирения» ​ региона после падения Казани. Само обращение титульного населения бывшего Казанского ханства,​ особенно его военно-аристократической элиты, в христианство являлось ​ одним из важных направлений политики новой власти по интеграции региона и населяющих его народов в состав Московского государства. По сохранившимся среди местных жителей преданиям,​ их предков крестили насильно,​ загоняя в холодную воду реки. С теми, кто отказывался принять православие,​ жестоко расправлялись:​ топили и убивали в этой реке, отчего в народе она получила название Кровавая речка[2].
 +
 +В материалах Писцовой книги Казанского уезда 1602–1603 гг., в деревне Азяк уже фиксируется наличие служилых и ясачных новокрещен:​ «и всего в деревне в Азеке за служилыми и за ясачными людьми:​ пашни, перелогу и лесом поросло – 69 четв. в поле, а в двух потому ж; сена – 780 копен; лесу дубровы пашенные – 6 дес.»[3]. Согласно источнику,​ между двумя социальными группами существовало ​ территориальное размежевание и естественной границей их владений ​ выступала речка Ия (Яваш). В середине XVII века ​  ​разделение оформилось окончательно и более рельефно. В документах этого времени,​ в частности,​ в грамоте царя Алексея Михайловича 1667 г., данной по тяжбе о земле, наряду с дер. Азяк (Озяк) по соседству отмечается дер. «Другой Азяк» (Нижний ​ Азяк). Если в первой деревне проживали в основном служилые,​ то во второй – исключительно ясачные новокрещены[4]. Таким образом, ​ Верхний Азяк является ​ одним из наиболее древних селений старокрещеных татар (кряшен) Заказанья,​ которые приняли ​ православие еще в годы первой волны христианизации,​ пришедшейся ​ на царствование Ивана IV Грозного.
 +
 +Вплоть до 1920 г. дер. Верхний Азяк входила в состав Ново-Кишитской волости Казанского уезда Казанской губернии. Расстояние до  губернского города Казани составляло 64 версты,​ до  заштатного города Арск – 13 верст[5]. Селение располагалось на пересеченной местности,​ было окружено холмами и оврагами,​ а также глухими лиственными лесами.
 +
 +По данным 3-й государственной ревизии (1764 г.), в  Верхнем ​ Азяке проживало 66 ревизских душ крещеных татар[6]. В 1795 г. здесь числилось уже 91 чел. м.п. и 96 чел. ж.п. при 30 дворах[7]. Положительная динамика численности жителей деревни сохранялась и в XIX – начале ХХ вв. По данным 1816 г., в Верхнем Азяке проживало 131 чел., в 1827 г. – 264 чел. (39 дворов)[8],​ в 1834 г. – 295 чел. (39 дворов)[9],​ в 1859 г. – 301 чел. (43 двора)[10],​ в 1875 г. – 413 чел.[11],​ в 1885 г. – 411 чел.[12],​ в 1897 г. – 495 чел.[13],​ в 1906 г. – 612 чел.[14]
 +
 +Основными занятиями местных жителей были земледелие и животноводство. По данным Экономического примечания к 5-й государственной ревизии (1795 г.), местные жители получали весьма хорошие урожаи ржи, гречихи и овса[15]. Надельная земля находилась в душевом владении государственных крестьян. Пашня делилась на три поля – озимое,​ яровое и оставляемое под паром. Дер. Верхний Азяк вместе с селениями Алич Тархан,​ Новое Селище,​ Малые Верези,​ Другой Азяк, Старый Яваш и Большие Верези ​ по плану Генерального межевания составляли общую дачу[16].
 +
 +Всего во владении верхнеазякцев находилось 587,3 дес. земли. Из них 14,5 дес. считались усадебными,​ 86,8 дес. считались удобряемой пашней,​ 474 дес. – неудобряемой,​ 10,1 дес. отводилось под сенокос,​ 1,9 дес. – под выгон скота. Озимое поле засевалось рожью, а яровое,​ на удобряемых землях на ½ овсом и ½ полбой,​ на неудобряемых 2/3 овсом и 1/3 гречихой Под сенокосы распределялись участки по речке Большой Яваш и в оврагах:​ Сулинском,​ Зират и Крайнем[17].
 +
 +В 1860-х гг. на 1 душу м.п. приходилось 3,07 дес. удобной земли[18]. К 1906 г. доля душевого надела местных крестьян увеличилась до 3,3 дес.[19] Такое положение,​ по всей видимости,​ было связано с увеличением общей площади пахотной земли верхнеазякцев. В начале ХХ века ​ она составляла 621,2 дес.[20] Кроме того, в связи с проведением столыпинской аграрной реформы в это время несколько изменилась система землепользования верхнеазякцев – наряду с землей,​ находившейся в общинном владении,​ появились единоличные наделы. Два домохозяйства (18 чел. м.п.), выделившись в хутора,​ образовали самостоятельные хозяйства с общим земельным фондом в 98 дес.[21]
 +
 +Наличие крайне маленьких душевых наделов,​ не позволявших полностью обеспечить материальное благосостояние и прокормить семью, заставляло крестьян искать дополнительные способы заработка. Довольно важное место в социально-экономической жизни верхнеазякцев занимали отхожие промыслы. Как и многие жители старокрещенских деревень Заказанья,​ местные жители занимались пошивом добротной и недорогой одежды «татарского покроя»[22]. С окончанием сельскохозяйственного сезона мастера отправлялись на продолжительные заработки в торговые центры Среднего Поволжья и Приуралья. Верхнеазякцы специализировались на изготовлении зимней одежды:​ шили меховые шапки и тулупы,​ шубы и полушубки,​ занимались также обработкой овчины[23].
 +
 +Портняжным промыслом занималась значительная часть мужского населения Верхнего Азяка, в том числе молодежь трудоспособного возраста. По сведениям И.А. Износкова,​ в 1885 г. портняжничеством активно занимались 46 жителей деревни,​ что приносило им ежегодный дополнительный доход в размере 600 руб. Представительницы женского пола (20 чел.) в свободное время занимались тканьем холста,​ который продавался на базаре в г.Арске (это приносило ежегодный доход в 40 руб.)[24].
 +
 +В пореформенный период среди местных жителей,​ занятых на отхожих промыслах,​ появились лица, порвавшие с земледельческим трудом и полностью посвятившие себя пошиву и торговле одеждой. По сведениям ​ 1885 г., из приписанных к деревне жителей 6 чел. м.п. фактически не жили здесь, а 30 чел. м.п. и 4 чел. ж.п. уходили на продолжительные заработки[25].
 +
 +В начале ХХ века ​ недалеко от деревни была построена ветряная мельница[26]. Имелась также небольшая пасека (60 ульев),​ обеспечивавшая крестьян медом и воском. В это же время в Верхнем Азяке функционировали 2 мелочные лавки, принадлежавшие Гайнулле Даутову и Миндубаю Сабитову (ежегодный торговый оборот составлял 400 руб.)[27],​ а также 2 круподробилки[28].
 +
 +Как и большинство татарских деревень, ​ Верхний Азяк не имел правильной планировки. Дома пристраивались к соседним усадьбам,​ образуя кривые и узкие улочки[29]. Все жилые и хозяйственные строения изготавливались исключительно из дерева,​ что приводило к частым пожарам. Архивные документы изобилуют информацией о таких случаях. Например,​ 16 июля 1865 г. в 11 часов утра, при сильном ветре, в доме Алексея Иванова возник ​ пожар, который вскоре перекинулся на соседние дома и охватил значительную площадь. Всего пострадало 15 семей, общие убытки погорельцев составили 763 руб. 50 коп[30]. В 1866 г. от молнии,​ попавшей в жилые строения крестьянина Игнатия Михайлова,​ сгорело 2 усадьбы вместе с домашним скотом[31].
 +
 +Вплоть до 1870-х гг. верхнеазякцы официально по своему конфессиональному статусу относились к православным христианам (старокрещеные татары). До середины XVIII века местные жители считались прихожанами Богоявленской церкви пригорода Арска. Со строительством церкви в с. Александровке (Толнамас) верхнеазякцы вошли в состав ее прихода. Как члены православной конфессии,​ они должны были посещать церковь,​ крестить своих детей, венчаться,​ отпевать покойников и пр., отмечать акты гражданского состояния у местных священнослужителей. Контроль над этим возлагался как на церковные,​ так и светские органы.
 +
 +Несмотря на длительное пребывание в составе православной церкви и закрепление кряшенской этноконфессиональной идентичности,​ верхнеазякцы были недостаточно знакомы с православным вероучением. Это было связано как со слабой миссионерской деятельностью причта,​ незнанием им татарского языка, а так и нежеланием самих прихожан сознательно исповедовать «русскую» веру и изменять столетиями складывавшийся уклад культурно-религиозной жизни. Верхнеазякцы продолжали испытывать сильное влияние ислама,​ чему в немалой степени способствовали их тесные контакты с преобладающим татаро-мусульманским населением.
 +
 +В XIX веке процесс исламизации местных жителей продолжился. Важнейшим каналом приобщения к исламскому вероучению стали отхожие промыслы. Надолго уезжая для занятия портняжничеством,​ проживая среди татар-мусульман и башкир,​ верхнеазякцы быстро принимали мусульманский образ жизни, стали воспринимать себя как часть уммы. Долго «тлевшие внутри» местного общества процессы в конце 1860-х – начале 1870-х гг. «прорвались наружу» и приобрели явные очертания – большинство жителей заявили о своем желании исповедовать ислам. Данные процессы сопровождались драматическими событиями,​ связанными с конфессиональной дифференциацией жителей. Острые конфликты на почве религиозных предпочтений разделили не только общину в целом, но и отдельные семьи[32]. В то же время большинство жителей,​ особенно социально мобильная и активная молодежь деревни,​ сознательно и бесповоротно выбирали исламскую конфессиональную принадлежность. В дальнейшем и  не до конца определившееся,​ инертное меньшинство ​ также решилось на переход в мусульманство[33]. Этот выбор был связан не только с религиозными предпочтениями жителей,​ но и с желанием полноценно интегрироваться в татарское сообщество (в социокультурных условиях дореволюционной России это было возможно только при исповедовании ислама),​ стать «настоящими» татарами[34].
 +
 +В 1871 г. верхнеазякцы официально оформили ​ желание быть мусульманами,​ подав соответствующее прошение на имя центральной имперской администрации[35]. Руководителями и наиболее активными членами этого движения были Терентий и Павел Васильевы,​ Игнатий Егоров и Дмитрий Яковлев. К 1874 г. «отпадают» практически все жители деревни. С этого времени в документах они начинают фиксироваться как «отпавшие». Данный статус имел массу правовых ограничений и приводил к поражению в некоторых правах. «Отпавшие»,​ несмотря на то, что полностью порвали отношения с православной церковью,​ продолжали числиться ее членами. Согласно действовавшему законодательству,​ переход из православия в другие конфессии юридически был невозможен. В связи с этим государство не признавало за представителями данной категории право открыто исповедовать ислам. «Отпавшие» до возвращения в христианство не пользовались правами своего состояния,​ на это время их недвижимость брало в опеку государство. Лица, привлеченные к суду за преступления,​ связанные с лишением состояния,​ лишались и других гражданских прав, не могли быть избираемы в органы сельского самоуправления и на другие общественные должности. Браки, заключенные между «отпавшими»,​ не признавались православной церковью,​ и, после уведомления об этом светской администрации,​ полиция имела право их расторгнуть.
 +
 +Несмотря на некоторые послабления со стороны государства,​ «отпавшие» вплоть до начала XX века ​ оставались наиболее бесправной ​ в юридическом отношении группой податного населения региона. Они не имели возможности свободно соблюдать предписания исламского вероучения,​ посещать мечети,​ обращаться для исправления треб к указным муллам,​ отдавать детей в татарские конфессиональные школы. «Отпавшие» не могли открыто жениться и выходить замуж за своих соплеменников из числа «официальных» мусульман,​ были вынуждены скрывать от начальства своих «незаконнорожденных» детей. В любое время их могли подвергнуть административному и судебному преследованию и наказанию,​ вплоть до тюремного заключения и ссылки в Сибирь. Несмотря на это, верхнеазякцы проявили вызывающее уважение твердость в отстаивании своего права быть мусульманами.
 +
 +Стоит отметить,​ что наряду со светскими органами власти большую работу по возвращению их в православие вели миссионеры. В 1869 г., по инициативе Н.И. Ильминского и В.Т. Тимофеева,​ в соседней дер. Нижний Азяк была открыта начальная миссионерская школа. Ее учителем стал выпускник Казанской центральной крещено-татарской школы Андрей Васильев. В эту школу начали активно привлекать детей и из Верхнего Азяка. В 1870 г. основы православия и грамоты постигали здесь 9 верхнеазякских мальчика[36]. Кроме того, часть учеников этой школы поступили для продолжения обучения в Казанскую школу. В Верхний Азяк командировались миссионеры-проповедники,​ учителя крещено-татарских школ.
 +
 +Тем не менее, «отпавшие» не только не проявляли интереса к возращению в православие,​ но, напротив,​ укреплялись в желании быть мусульманами. К 1873 г. в нижнеазякской школе осталось на обучении только 5 учеников. В последующие годы, в связи с нежеланием жителей отдавать в нее в своих детей, православные миссионеры были вынуждены закрыть учебное заведение. Взамен православной школы верхнеазякцы открыли в доме Якова Федорова «тайный» мектеб ​ и пригласили для обучения детей мусульманскому вероучению крестьянина соседней татарской деревни Алич-Тархан (Чиканас),​ бывшего шакирда Хуснутдина. Он имел должность мугаллима,​ являлся также «тайным» муллой,​ руководил религиозной жизнью общины[37].
 +
 +Лишь в 1905 г., с началом первой Русской революции и объявлением в стране «свободы совести»,​ верхнеазякцы получили возможность официально войти в состав мусульманской ​ уммы, зарегистрировать свою религиозную общину и полноценно соблюдать предписания исламского вероучения. К этому времени среди местных жителей преобладали лица, которые никогда не поддерживали контакты с православной церковью,​ не принимали крещение и жили, хотя и неофициально,​ по нормам ислама.
 +
 +Получив статус «официальных» мусульман,​ верхнеазякцы смогли реализовать свои права в области культурно-религиозной автономии. С 1905 г. они были приписаны к мусульманскому приходу соборной мечети дер. Малая Атня (Утня), находившейся в 4 верстах от Верхнего Азяка. 16 апреля 1906 г. жители селения подали в Казанское губернское правление официальное прошение о желании образовать отдельный приход и возвести в своей деревне соборную мечеть[38]. Данное прошение было поддержано Оренбургским магометанским духовным собранием (ОМДС) и получило положительное решение местной администрации[39]. Вскоре мечеть была построена на средства татарских купцов-меценатов. Кроме того, при ней ​ была открыта татарская конфессиональная школа[40]. Первым указным муллой дер. Верхний Азяк стал крестьянин дер. Старый Арыш Лаишевского уезда Казанской губернии Хангарей Гатауллин Сетдеков,​ который в 1896 г. окончил 2-х классное Арское училище[41],​ а  8 мая 1906 г. получил свидетельство ОМДС на возможность ​ занятия духовной должности.
 +
 +Таким образом,​ несмотря на притеснения и административное давление,​ благодаря длительной борьбе,​ верхнеазякцы добились права вернуться в ислам. Они проявили незаурядное мужество и стойкость,​ что позволило им стать полноценной частью татаро-мусульманской общины России.
 +
 +//​Х.З.Багаутдинова//​
 +
 +[1] Список населенных мест Казанского уезда с кратким описанием. Составил И.А. Износков. ​ Казань,​ 1885.  С.1.
 +
 +[2] Гарипова Ф.Г. Авыллар һәм калалар тарихыннан. ​ Казан, 2003. Б.523.
 +
 +[3] Писцовая книга Казанского уезда 1602-1603 годов. ​ Казань,​ 1978. – С.123-124.
 +
 +[4] Список населенных мест Казанского уезда с кратким описанием. Составил И.А. Износков. ​ Казань,​ 1885.  С.1.
 +
 +[5] Сведения о числе верст от селений и посадов до губернского,​ уездного и заштатных городов Казанской губернии. ​ Казань, ​ 1876. С.177.
 +
 +[6] Сборник материалов по истории Казанского края в XVIII в. Составил Д.А.Корсаков. ​ Казань,​ 1908.  С.258.
 +
 +[7] РГАДА. Ф.1355. Оп.1. Д.402. Л.318об.
 +
 +[8] НА РТ. Ф.324. Оп.740. Д.37. Л.22об.
 +
 +[9] НА РТ. Ф.3. Оп.2. Д.33. Л.41-52.
 +
 +[10] Список населенных мест по сведениям 1859 г. Обработан А.Артемьевым. ​ СПб., 1866.  С.13.
 +
 +[11] Естественное приращение сельского населения Казанской губернии по приходам,​ с обозначением племенного его состава и отношений между полами. Н.Н.Вечеслав. Т.1.  Казань,​ 1875. С.94-95.
 +
 +[12] Список населенных мест Казанского уезда с кратким описанием. Составил И.А. Износков. Казань,​ 1885.  С.1.
 +
 +[13] НА РТ. Ф.119. Оп.1. Д.1028. Л.17.
 +
 +[14] Там же.
 +
 +[15] РГАДА. Ф.1355. Оп.1. Д.402. Л.318об.-319об.
 +
 +[16] НА РТ. Ф.91. Оп.6а. Д.104. Л.79-82об.
 +
 +[17] НА РТ. Ф.91. Оп.6а. Д.104. Л.79-82об.
 +
 +[18] Там же.
 +
 +[19] НА РТ. Ф.119. Оп.1. Д.1310. Л.66-70.
 +
 +[20] Там же.
 +
 +[21] Там же.
 +
 +[22] НА РТ. Ф.91. Оп.6а. Д.57. Л.81-82об.
 +
 +[23] НА РТ. Ф.359. Оп.1. Д.45. Л.178.
 +
 +[24] Список населенных мест Казанского уезда с кратким описанием. Составил И.А. Износков. ​ Казань,​ 1885.  С.1.
 +
 +[25] Там же.
 +
 +[26] Список населенных мест Казанской губернии. Вып.1. Уезд Казанский. Составил член и секретарь Казанского губернского статистического комитета Н.Н.Вечеслав. ​ Казань,​ 1878.  С.166-167.
 +
 +[27] НА РТ. Ф.3. Оп.1. Д.2440. Л.516-534.
 +
 +[28] Татарская энциклопедия. Т.1. А-В. ​ Казань,​ 2002.  С.569-570.
 +
 +[29] НА РТ. Ф.119. Оп.1. Д.128. Л.23.
 +
 +[30] НА РТ. Ф.91. Оп.1. Д.945. Л.140-141.
 +
 +[31] НА РТ. Ф.91. Оп.1. Д.945. Л.164.
 +
 +[32] Копия с записки священника В.Т. Тимофеева «О притеснениях,​ какие терпят крещеные татары от своих единоплеменников,​ уклоняющихся в магометанство» (1873 г.) <​nowiki>//</​nowiki>​ Христианское просвещение и религиозные движения (реисламизация) крещеных татар в XIX – начале ХХ вв. Сборник материалов и документов / Сост., автор вступительной ст., примечаний,​ научно-справочного аппарата Р.Р. Исхаков. ​ Казань:​ Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2011.  С.229–230.
 +
 +[33] Казан губернасы Казан өязе Түбән Әзәк авылының Изге Гурий борадәрлеге мәктәбе укытучысы Тимофей Иванович Тимей көндәлегеннән (1873 ел) <​nowiki>//</​nowiki>​ Религиозный синкретизм и традиционная обрядность татар-кряшен Волго-Уралья (XIX – начало ХХ в.). Сборник материалов и документов / Авторы-составители:​ Х.З.Багаутдинова,​ Р.Р.Исхаков. ​ Казань:​ Изд-во «ЯЗ», Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ, 2015.  С.215–219.
 +
 +[34] Исхаков Р. Миссионерство и мусульмане Волго-Камья. ​ Казань,​ 2011.  С.138.
 +
 +[35] НА РТ. Ф.1. Оп.3. Д.2812. Л.27.
 +
 +[36] Копия с записки священника В.Т. Тимофеева… С.230.
 +
 +[37] НА РТ. Ф.1. Оп.3. Д.3272. Л.38-42.
 +
 +[38] НА РТ. Ф.2. Оп.2. Д.7605. Л.2.
 +
 +[39] НА РТ, Ф.2. Оп.2. Д.7510. Л.3.
 +
 +[40] НА РТ, Ф.2. Оп.2. Д.8464. Л.61об.-62.
 +
 +[41] НА РТ. Ф.2. Оп.2. Д.7510. Л.3-8.
 +